Слушать онлайн размах крыльев ангела ульянова лидия

Ульянова Лидия - читать и скачать бесплатные электронные книги, без.Название книги: Слушать онлайн размах крыльев ангела ульянова лидия
Страниц: 141
Год: 2007
Жанр: Отечественная

Выберите формат:




Выберите формат скачивания:

fb2

361 кб Добавлено: 21-дек-2017 в 04:12
epub

375 кб Добавлено: 21-дек-2017 в 04:12
pdf

1,6 Мб Добавлено: 21-дек-2017 в 04:12
rtf

457 кб Добавлено: 21-дек-2017 в 04:12
txt

764 кб Добавлено: 21-дек-2017 в 04:12
Скачать книгу



О книге «Слушать онлайн размах крыльев ангела ульянова лидия»

Кстати, заранее прошу прощения у читателя за некоторую намеренную «непричёсанность» наших диалогов; думаю, услышать живого Ульянова любопытнее, чем читать «прилизанный» текст. Забили антикварные часы: сперва напольные в гостиной густым простуженным басом, затем настенные и стоявшие на антикварных буфетах, комодах, консолях. Говорил о том, как ему за меня стыдно, как я позорю его фамилию… — Смоктуновским меня еще не называли, — сказал он нам. Еду я на дачу в бушлате, который мне в Таманской дивизии подарили, разворачиваюсь на улице Горького у телеграфа, а разворот там как раз отменили. Надо ж, думал, наверное, маршал, а на такой машине… — Ты скажи нашему журналисту, откуда эта твоя страсть к винегрету. Перед ней был бассейн, чтобы влажные испарения сохраняли слоновую кость, из пластин которой Фидий исполнил лицо и руки богини. — Я вот чему за границей всякий раз удивляюсь, — сказал Ульянов.

Литературная обработка давнишних записей осуществлялась и дополнялась ещё при жизни Михаила Александровича с тем его условием, — а печатному слову, тому, каким предстанет перед людьми, он придавал большое значение, — чтобы непременно показать ему перед публикацией. Не довелось ему прочитать и те замечательные, живые воспоминания о нём, которыми поделились со мной Юрий Яковлев, Галина Волчек, Юрий Любимов, Владимир Наумов, Сергей Соловьёв, Роман Виктюк, Егор Кончаловский, коллеги Ульянова по родному театру, известные политики, общественные деятели, священнослужители. Возможно, кому-то покажется мало богемных пикантностей, «клубнички». «Дальше — тишина, — драматически молвил про себя я, глядя в тарелку на остывший обмякший пельмень. Навстречу медленно ползли баржи, теплоходы под разными флагами. — глядя на минареты в золотисто-лазоревой мгле, произнёс Михаил Александрович. Романтик с каким-то горьковатым привкусом ностальгии по несбывшемуся, с какой-то полной очарования грустью и в то же время весёлой влюблённостью в жизнь. И здесь уж я могла отвечать, не отвечать — ему было по барабану, потому что необходимо было выговориться, вылить всё. То есть желая того или нет, но всю мощь своего актёрского темперамента и таланта, который заставлял рыдать тысячные залы и многотысячные стадионы, он обрушивал на меня, маленькую… Прихорошившаяся, даже слегка надушившаяся, что было ей несвойственно, а потому опоздавшая на полчаса Парфаньяк и Ульянов, в белых сетчатых полуботинках, светлых брюках, в голубой рубашке с коротким рукавом, вышли к завтраку. Улыбчивые, в накрахмаленных фирменных фартучках, на каблучках, сновали по залу ресторана «Минск» официантки, стараясь никого не заставлять ждать более минуты. На тележке, которую подкатила Оксана, стояли тарелки с закусками нескольких

В последнем нашем разговоре — последнем в его жизни интервью (когда Ульянов признался, что находится на пути к Богу, и посетовал, вспоминая свой приезд в Москву с трофейным отцовским чемоданчиком: «Как быстро всё прошло! Но скажу положа руку на сердце: здесь всё — правда. — Как своих ушей…» «Так вот завтра ступай, Миша, и узнай, в чём там дело у твоего зятя! А в Москве и даже на даче, сами знаете, у вас никогда нет времени. Между ними сновали моторные лодки, скользили парусники, яхты. — Кстати, рассказ Паустовского «Снег» — одна из первых моих работ на радио, которые принято считать удачными. Однажды я даже сознание потеряла: сползла по стене и упала в обморок. А когда я пришла в себя, его самого от страха за меня впору было откачивать… Одна из них, Оксана, полногрудая шустроглазая хохлушка, которая и «прикреплена» оказалась к нашему столу на всё время круиза, сразу узнала именитого актёра. Я хотел сфотографировать Ульянова в руинах античного театра, что по соседству с Парфеноном.


») он сказал: «Художник должен оставаться загадкой. За написанное мне не совестно перед Михаилом Александровичем Ульяновым, который говорил, что самое главное в жизни для него совесть, на втором месте — совесть, на третьем — совесть. Я счастлив, что Бог даровал мне возможность быть причастным к этому великому человеку. » — с дуршлагом в цепкой жилистой руке развернулась от мойки тёща, Алла Петровна, будто дунув на совсем уж было погасший уголёк моей надежды. Прошу покорнейше простить, но я всё-таки как-никак журналист. Трудолюбием, работоспособностью, чувством ответственности Елена пошла в отца. Но разволновалась так, что назвала сначала товарищем Смоктуновским. — развеселилась расслабившаяся на отдыхе Алла Петровна. — Ой, извините ради Бога, я никогда ещё не видела артистов в жизни! Мизансцену продумал — должно было получиться эффектно.


Мало того — совершить бок о бок с ним круиз по Средиземноморью — «колыбели цивилизации». Начинать вот как надо: Круиз по Средиземному морю начался в Одессе: триумфально, чуть ли не под фанфары мы спустились по легендарной лестнице, увековеченной важнейшим для нас, как считал Ленин, искусством кино. Например, тот же великий аргентинец Борхес ответил на улице: «Иногда». Он, документы коего на выезд в капстраны уже десяток раз без комментариев безвозвратно и, соответственно, «безвыездно» тонули в каких-то таинственных недрах: то ли за пьяную антисоветчину в компании, то ли за студенческие блудни с француженкой, доминиканкой и «разными прочими шведками». «Ладно, схожу», — снова пожал плечами Михаил Александрович. — И что я должен делать, коли ты всё-таки как-никак? Дети должны видеть, как родители работают, это очень важно, это передаётся. Но Ульянов спускаться на сцену позировать отказался.


» — выехать за границу, даже в страны соцлагеря, было невозможно). Трудолюбие, порой переходящее в трудоголизм (в отца, но и в мать) — порой мне так и не удавалось вытащить её, скажем, из мастерской, где она корпела над своими тончайшими офортами, в ресторан ВТО, Домжура, Дома кино или просто в гости. Чтобы не заорать на весь корабль, как дети во времена оные: «Спасибо товарищу Сталину за счастливое детство!

Она устроила скандал, в результате коего второй секретарь Свердловского райкома партии лично доставил утверждённую комиссией выездную характеристику на тов. Непримиримость и некоторая несдержанность (не в отца): может выплеснуть бокал шампанского (предварительно взболтав, с изящно отставленным мизинцем, проволочкой от пробки, дабы выпустить газ) в лицо обидчику, дать по морде, притом не дамской пощёчиной, но кулаком; однажды, когда на кухне нашей новой трёхкомнатной кооперативной квартиры на Делегатской улице мы с друзьями «отдыхали по-человечески», с основательной уже батареей пустой стеклотары, окурками в консервах, приблудными девчонками, она пришла, и чугунная сковорода, пущенная её мощной, как у дискобола, десницей, едва не пробила брешь в капитальной стене у моего виска, оставив глубокую вмятину, — но и правильно сделала (может быть, жаль, что промазала)…


Перейти к следующей книге

Комментарии

  • книга понравилась, понравился сюжет, где главные герои уже не молодые люди со своими скелетами в шкафу.
    понравилось, что параллельно шло повествование и о другой паре:дочери героя и человеке, который ради любви к ней, решил поменять свой образ жизни.

  • типичный американский бульварный роман с городским фэнтези. читала по диагонали в основном детективную линиюWell

Оставить отзыв